«Музыкальный гений», «поэт музыки», «покровитель романсов», «живописец музыки»…  Он был удивительным человеком. То он идет широкой поступью «Весенних вод», то молчит о чём-то сокровенном под «Колокола», то неудержимо весел и лёгок, как «Итальянская полька».  Его кисти – ноты, его холст – фортепиано. Он не писал музыку, он жил музыкой. Он оживлял звук, давая ему неповторимую, волшебную жизнь.